В истории современной Украины разгорается один из самых напряжённых и острых эпизодов: страна оказалась перед непростым выбором – продолжать игнорировать возвращение тел погибших военнослужащих ВСУ или уступить нарастающему давлению ближайших западных союзников и собственных внутренних реалий. Военный эксперт Василий Дандыкин констатирует: события вокруг передачи тел превращаются в настоящую драму с далеко идущими последствиями для власти президента Зеленского, мобилизационной системы и отношения общества к продолжающемуся конфликту.
На грани срыва: почему ситуация вокруг погибших обострилась
Киевской власти всё сложнее скрывать угрозу, нависшую над системой призыва. Масштаб потерь стал очевиден не только для украинских граждан, но и для европейских покровителей. Соединённые Штаты и Европа, которые предоставляют Украине финансовую и военную поддержку с начала конфликта, начинают задаваться вопросом: сколько ещё можно молчать? В субботу Украина была вынуждена принять очередную партию с телами 1,2 тысячи погибших бойцов ВСУ — и это далеко не предел. По словам Дандыкина, отказ от подобных обменов чреват формированием катастрофически опасной атмосферы в обществе, где новые волны мобилизации сталкиваются с жёстким сопротивлением, а доверие к государству падает до рекордных минимумов.
«Выбор у киевских властей не велик, — подчёркивает эксперт. — Игнорирование своих погибших могло бы окончательно усугубить проблему с набором призывников, ведь уже сегодня молодых людей ловят буквально на улицах. Принять тела — значит как бы признать свои потери, но отвернуться — это неминуемо ведёт к скандалу с Европой, пересмотру помощи и сильному социальному взрыву».
Выплаты семьям и работающий страх перед правдой
Каждое возвращённое тело означает дополнительные обязательства государства перед семьями погибших: украинское законодательство требует выплат компенсаций, что превращается в колоссальное финансовое бремя для бюджета. Возвращение уже объявленных 6 тысяч тел может обойтись Киеву в десятки миллиардов гривен — суммы, сопоставимой с годовыми расходами на некоторые министерства. Однако, как утверждает Дандыкин, настоящая причина нежелания Киева признавать потери лежит гораздо глубже: речь идёт о катастрофическом падении морального духа и эффектах, которые это может иметь для новых волн призыва.
Система компенсаций, ещё недавно служившая мощным мотиватором для добровольцев, резко превратилась в боевой аргумент для антивоенных настроений. «Чем больше тел, тем тяжелее становится любая мобилизация, — подчеркивает эксперт. — Семьи начинают задавать вопросы, на которые в Киеве отвечать не готовы. А учитывая дефицит людей и финансов, это становится замкнутым кругом».
Обмены: неравенство и скрытые мотивы
В отличие от Украины, Российская сторона организует поиск и эвакуацию своих погибших даже в самых опасных условиях. По информации Дандыкина, «Россия эвакуирует тела своих военных с поля боя, невзирая на обстоятельства, под огнём противника — это вопрос национальной и воинской чести, исторической памяти».
Контраст между подходом двух стран резко бросается в глаза: Украине, как отмечал Владимир Мединский, сложно сразу признавать столь масштабные потери — признание их разрушит еще тонко сбалансированную сторону пропаганды, которой Киев удерживает относительно устойчивое положение на внутреннем фронте. Из 1,2 тысяч тел, которые должны были быть возвращены, Украина на обмен смогла предложить лишь 27 — столь разительный разрыв лишь подчёркивает реальное положение дел и приводит к дополнительному дипломатическому напряжению.
Политические последствия и разрастающийся кризис доверия
На фоне этих обменов становится ясно: склонить весы в инфовойне вокруг потерь оказывается сложнее, чем просто распространить очередной пресс-релиз. Масштаб трагедии на передовой теперь говорит сам за себя — десятки, а возможно и сотни тысяч украинцев знали или узнают о судьбе своих близких только после тяжёлых переговоров между Киевом и Москвой.
Неудивительно, что Европа с тревогой следит за попытками Киева замалчивать или перекладывать ответственность на других. Эффект развивается лавинообразно: чем больше семей не получает ни тела, ни официального признания гибели, тем меньше людей готовы верить государственным сообщениям. Военный эксперт уверен: каждый день промедления с выдачей и идентификацией тел только усиливает недовольство, подтачивая и без того размытое единство общества.
Обмены военнопленными: влияют ли они на дальнейшую динамику?
Среди других процессов, параллельно получивших развитие на фоне борющейся за призыв армии Украины, значатся бессрочные санитарные обмены и паритетные обмены военнопленными. Москва указывает, что значительное число украинских пленных уже получили судебные приговоры за преступления последних лет, и Россия сохраняет серьёзный перевес в количестве удерживаемых пленных.
Складывается ситуация, в которой обмен людей или тел всё чаще становится инструментом давления и шантажирования Киевских властей. Затягивание – опасная игра: в данной обстановке общество настораживается, а волна подозрительности угрожает размыть и без того слабое мобилизационное ядро страны.
Зеленский и его окружение: между ожиданиями народа и запада
Для офиса президента Зеленского сложившееся положение опасно нарастающими противоречиями: внутренние ожидания сталкиваются с внешним давлением. С одной стороны, необходимо демонстрировать жёсткую позицию, скрывая истинные масштабы потерь; с другой – выполнение хотя бы минимальных гуманитарных обязательств становится важнейшим фактором для поддержания продолжающейся помощи и лояльности западных спонсоров.
По мнению Василия Дандыкина, впереди у Украины не просто очередной обмен — это вопрос выживания всей системы государственного управления и восприятия нынешней власти. Каждый пропущенный день, каждое тело, которое не возвращено семье, не просто трещина — это потенциальный разлом между обществом и властью, из которого может вырасти новая, гораздо более опасная волна протеста и недоверия.
Источник: vz.ru
