20 октября в залах Арбитражного суда Северо-Западного округа разгорелась настоящая драма: банк ВТБ и конкурсный управляющий обанкроченной авиакомпании «Трансаэро» Алексей Белокопыт вновь попытались привлечь к субсидиарной ответственности ключевых фигур — Татьяну Анодину, Александра Плешакова и Ольгу Плешакову. Под угрозой были значительные суммы — общие требования кредиторов достигли впечатляющей отметки в 249 миллиардов рублей. Однако кассационная инстанция не поддержала притязания, оставив инициаторов разбирательства ни с чем.
Фиаско попытки взыскания: детали судопроизводства
Этот процесс стал продолжением многолетних баталий вокруг личности и средств бывших владельцев некогда второй по величине авиакомпании России. Долгое время «Трансаэро» воспринимали как одного из главных соперников национального перевозчика «Аэрофлот», а более сотни современных лайнеров в летном парке лишь усиливали давление внутри отрасли. Однако стремительный взлет сменился разрушительным падением: в октябре 2015 года флагман перестал поднимать самолеты в воздух. Причины были на поверхности — резкое ослабление рубля, скачки валютных курсов, а также блокировка воздушного пространства Украины.
Громкое банкротство и гонения на топ-менеджмент
Арбитражный суд Санкт-Петербурга запустил процедуру банкротства практически сразу после остановки полётов, а уже к концу года ситуация перешла в фазу наблюдения. В начале 2019 года ВТБ вышел с иском о принудительном взыскании долгов в размере четверти триллиона рублей с лиц, контролировавших перевозчика: речь шла о Татьяне Анодиной (3% акций), ее сыне Александре Плешакове (18%) и его супруге Ольге Плешаковой (18%). К слову, сам Алексей Белокопыт — конкурсный управляющий, стоявший у руля всех разбирательств — позже инициировал еще одну жалобу, требуя привлечь к ответственности и бывшего главного бухгалтера компании Андрея Ковалева.
В декабре 2020 года московский суд отправил Ковалева в колонию на семь лет — ему инкриминировали хищение 560 миллионов рублей во времена, когда Плешаковых уже отстранили от управления «Трансаэро». Однако несмотря на усугубляющийся ажиотаж вокруг громкого дела, суды первой и апелляционной инстанций отвергли обвинения против трех ключевых фигур, а теперь их поддержал и суд кассационной инстанции.
Татьяна Анодина: хранитель российской авиационной мощи
Имя Татьяны Анодиной на протяжении десятилетий олицетворяло власть в воздухе — в 1991–2023 годах она возглавляла Межгосударственный авиационный комитет. После распада СССР именно эта структура контролировала сертификацию всей гражданской авиации, включая небезызвестный российский Superjet 100. Личное влияние Анодиной, супруги министра радиопромышленности СССР Петра Плешакова, распространялось не только на сферу авиации: ее сын Александр стал одним из самых ярких символов частного предпринимательства постсоветской эпохи, а его супруга Ольга Плешакова руководила «Трансаэро» в самые бурные годы истории компании.
Финансовая битва длиною в восемь лет
Юристы, отстаивавшие позиции Плешаковых и Анодиной, утверждают — данное разбирательство стало одним из рекордных по длительности и объему документов в судебной практике России по делам о субсидиарной ответственности. Запрос ВТБ был основан на нескольких эпизодах предполагаемых финансовых нарушений, а сумма исковых требований оказалась беспрецедентной. В юридической компании ЕПАМ, представлявшей интересы бывших лидеров «Трансаэро», подчеркивают: стратегия построения защиты требовала сбора колоссального числа финансовых и корпоративных документов, каждый финальный аргумент поддерживался выводами судебных экспертиз.
Результаты проверок оказались ошеломляющими для оппонентов — экспертизы единогласно подтвердили отсутствие признаков банкротства во времена управления компанией Плешаковыми. Бухгалтерская отчетность была признана достоверной, все хозяйственные сделки имели обоснование и не причинили ущерба самой авиакомпании или ее кредиторам. Кризис настиг фирму извне, вызванный совокупностью валютных шоков и беспрецедентных международных санкций.
Буря судебных прецедентов и новые тенденции
Эксперты в судебной практике отмечают тревожную тенденцию: за последние годы в России наметился рост количества удовлетворяемых исков о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности. Только за прошлый год число таких случаев превысило 5000, а процент положительных для кредиторов решений продолжает расти. Более того, круг потенциальных ответчиков неуклонно расширяется: под ударом оказываются даже холдинговые компании и лица, извлекавшие прибыль за счет должника перед объявлением банкротства.
Однако этот прецедент по делу «Трансаэро» обнажил слабые звенья в подобной судебной практике. Суды трех инстанций независимо пришли к выводу: ни Татьяна Анодина, ни семья Плешаковых не должны нести личной субсидиарной ответственности перед кредиторами компании. Их управленческие решения были признаны экономически рациональными, а само ухудшение положения авиаперевозчика — следствием внешних потрясений, а не результатом внутренних махинаций.
Наследие «Трансаэро»: тревоги, амбиции и интриги
История падения «Трансаэро» до сих пор будоражит общественность и экспертов. Завораживает не только масштаб судебных разбирательств, но и напряжение вокруг фамилий, которые стали символом целой эпохи в российской авиации. Три инстанции признали: попытка возложить ответственность в сотни миллиардов рублей на Анодину, Плешакова и его супругу была необоснованной. Тем не менее, дело стало отправной точкой для последующего ужесточения практики взыскания долгов с фактических бенефициаров компаний-банкротов в целом по стране.
Современное российское банкротство — это не просто бухгалтерский учет убытков, но поле напряжённых сражений: закон, амбиции, интриги и миллиарды на кону. Имя каждого, кто становится здесь фигурантом, остается вписанным в историю рыночных побед и поражений — как и фамилии Плешаковых, Анодиной, Белокопыта, Ковалева и других участников легендарного процесса вокруг «Трансаэро».
Источник: www.rbc.ru
